В Москве и Санкт-Петербурге проходят необычные концерты: четыре человека и множество электронных инструментов, которые старше кое-кого из слушателей.

Любой концерт французского композитора Жана-Мишеля Жарра – всегда событие. И для любителей музыки, и для любителей техники. Обычно такие концерты редки, и всегда проходят с использованием самых разных музыкальных инструментов и технических приспособлений.

Чего стоит одна изобретенная Жарром лазерная арфа. Чтобы не получить ожогов от 20-ваттных лазеров, лучи которых музыкант перекрывает ладонями, извлекая звуки, приходится надевать асбестовые перчатки.

Но на сей раз концерт оказался вдвойне необычен. Во-первых, музыкант исполнил только композиции альбома, впервые принесшего ему славу, – Oxygene. Во-вторых, вместо миллионов зрителей, десятков артистов и музыкантов, светового шоу на памятниках архитектуры и салютов – скупая световая схема, движущееся зеркало над сценой и четыре человека на ней. А в-третьих, маэстро достал из запыленных сундуков те самые инструменты, на которых и записывался знаменитый альбом.

Восстановив и отреставрировав раритеты, снова заставив их звучать, добавив к этим редкостям терменвокс – российское изобретение 1919 года, Жарр дал полуторачасовой концерт своего действующего музея в Кремле.

В прошлый раз маэстро выступал в Москве 11 лет назад – в день 850-летия Москвы, перед зданием МГУ на Воробьевых горах. Тогда программа тоже базировалась на альбоме Oxygene, но была более длинной, красочной и разнообразной. Но и ставил перед собой тогда Жарр совсем другие цели. Если сегодняшние концерты, по его же словам, – это прославление истоков электронной музыки, в том числе и российских, то тогда ему нужно было шоу на 3,5 миллиона человек.

Одна программа – и два совершенно разных концерта, однако какой из них было проще готовить и играть, французский музыкант говорить отказался.