Ученые близки к решению загадки моногамии и полигамии. Опыты на птицах показали, что жизнь в стае, в паре или в одиночку зависит исключительно от самок. Точнее, от их восприимчивости всего к одному гормону.

Исследователи из Университета Индианы (Indiana University) изучали социальное взаимодействие у зебровых амадин (Taeniopygia guttata).

Амадины -- высокосоциальные птицы. Обычно они образуют большие стаи. Впрочем, такое поведение люди смогли изменить регулированием уровня всего одного гормона. Нейробиологи ввели в организм птиц блокаторы рецепторов гормона мезотоцина и стали наблюдать за птицами. И увидели, что певчие стали проводить больше времени с незнакомыми сородичами, словно бы меньше узнавая прежних товарищей и вообще предпочитая удаление от общества. Птицы же, которым вводили дополнительные порции гормона, демонстрировали обратное поведение, предпочитая большую стаю и старых друзей.

Самым забавным оказалось то, что все эти процедуры оказывали влияние только на самок -- самцы оказывались безучастны к действию гормона.

Все как у людей

По мнению ученых, этот важный результат показывает закономерности в эволюционном развитии. Близкий химический аналог мезотоцина -- окситоцин, гормон гипоталамуса, важный для млекопитающих. Он отвечает за многие факторы социального поведения. А вот истоки обоих гормонов уходят далеко к предкам.

Почему все разные

Однако если за поведение отвечает один гормон, то непонятно, почему одни животные живут крупными стаями, другие -- парами, а третьи вообще в одиночку. Чтобы прояснить ситуацию, исследователи взяли представителей нескольких видов певчих птиц: часть высокосоциальных, а еще часть -- одиночек, агрессивно защищающих свою территорию. В их организм вводили мезотоцин, помеченный радиоактивными изотопами. Это широко используемый метод, который позволяет исследовать количественные и качественные закономерности миграции химических веществ в живых системах.

Результаты показали, что у социальных птиц количество рецепторов мезотоцина существенно больше. Так, у разных видов эволюционно выработалась разная восприимчивость мозга к гормону, и именно поэтому кто-то стал жить в стае, кто-то -- небольшими группами, кто-то -- парами, а кто-то и вовсе в одиночку.

В планах исследователей понять, почему гормоны этого типа так активно влияют на самок, в то время как на самцов часто не оказывают никакого влияния.