Банкиры хотят вернуть возможность повышать ставки по выданным кредитам. В законе, который запрещает это делать, возникли сложности толкования, препятствующие его применению.

Банкиры просят ЦБ вернуть им возможность повышать процентные ставки в одностороннем порядке. В новой редакции 29-й статьи закона «О банках и банковской деятельности», которая была утверждена Госдумой в начале 2010 года, они обнаружили «правовые неопределенности и сложности толкования». В Ассоциации региональных банков считают, что возникшие неточности «приведут к значительному увеличению правовых рисков для кредитных организаций, которые ежемесячно предоставляют физическим лицам кредиты на сумму около 100 млрд руб».

Банкиры обнаружили, что определение процентной ставки в зависимости от изменения условий, предусмотренных в кредитном договоре, при совместном толковании с определением производного финансового инструмента переводит кредит с плавающей процентной ставкой в разряд производных финансовых инструментов. К таким инструментам относятся договоры, кроме договоров репо, в соответствии с которымы одна из сторон обязана единовременно или периодически уплачивать денежные суммы в зависимости от изменения процентных ставок или инфляции.

«Если размер процентных выплат заемщика поставлен в зависимость от изменения процентных ставок, такой кредитный договор одновременно должен признаваться производным финансовым инструментом, что немедленно влечет широкие правовые последствия, предусмотренных законом «О рынке ценных бумаг» и налоговым законодательством», -- говорится в материалах ассоциации.

«Это вызывает затруднение у банков при применении закона», -- отметили в ассоциации.

Банкиры настаивают, что односторонне изменение ставок по выданным кредитам происходит в интересах клиента, так как дает банкам возможность гибко реагировать на изменение условий на финансовых рынках. «Такая гибкость становится особенно важной для средне- и долгосрочных кредитных соглашений, поскольку динамика изменения процентных ставок оказывается в этом случае максимально неопределенной», -- говорится в материалах ассоциации «Россия».

Среди других неопределенностей в толковании, которые обнаружили банкиры: отсутствие различий по видам кредитов – ипотека, кредитные карты, автомобильные и другие, границы между заемщиками физическими лицами и индивидуальными предпринимателями, которые берут потребительский кредит, использование в одной статье закона разных терминов – процентная ставка и проценты.

По словам члена комитета Госдумы по финансовым рынкам Павла Медведева, новая редакция 29-й статьи сразу была противоречивой: один абзац отсылал к другому, и не было четкого разделения между размером кредитной ставки и методом ее определения. «В таком виде закон работать не может. Если в суде опираться на логические ошибки, можно доказать все что угодно», -- говорит Павел Медведев.

Заемщикам от введенного запрета только хуже, уверен он. «Банк, выдавая кредит на длительный срок, будет устанавливать максимальную ставку, чтобы покрыть возможные риски», -- пояснил Павел Медведев.

Возможность одной из сторон договора менять его условия создает перекос не в пользу партнера. «Можно заемщику предоставить ту же возможность. В кризис растет стоимость средств для банков, они повышают ставки, а у заемщиков сокращаются доходы», -- говорит генеральный директор «Интерфакс-ЦЭА» Михаил Матовников. По его словам, надо постепенно переходить на плавающую процентную ставку. «Но все условия такого договора должны быть прописаны в законе», -- отмечает Михаил Матовников. Сейчас плавающая ставка по кредитам относится к проблемам экономики в целом. «В России нет общепризнанной ставки, которая могла бы служить ориентиром для изменений», -- пояснил Михаил Матовников.