Мечтательная британка с пакистанскими корнями Наташа Хан покорила любителей сложносочиненной поп-музыки с первой попытки. Второй альбом «Two Suns» не продюсерская прихоть, а результат личной эволюции самобытной певицы и лидера коллектива Bat for Lashes. Как и первый альбом «Fur and Gold», новая пластинка номинирована на престижную премию Mercury Prize. И в этот раз Наташа достойна награды более других.

Начинающие музыканты обречены на сравнения со звездами. Лестные характеристики, конечно, очень приятны молодым артистам, но чаще пресса ограничивается навешиванием ярлыков. Почему-то особенно не везет девушкам. Стоит кому-то из них сесть за клавишные, как у всех возникают неизбежные ассоциации с Тори Эймос. Вокальные достижения другой наводят на мысли о Кейт Буш, а бунтарский запал или причудливость образов третьей – на Пи Джей Харви или Бьорк. Хотя есть польза и от такого примитивного подхода. Количество тех самых ярлыков почти неизбежно переходит в качество только у больших талантов. К ним, без сомнения, относится и яркая девушка Наташа Хан.

Гражданка мира

В музыке 29-летней уроженки Брайтона есть по чуть-чуть от каждой из упомянутых выше дам. Но выискивать в ней эти крупицы даже как-то совестно. Проще и приятнее признать, что чужие стили и натуры не заслоняют личности самой Наташи, сердца проекта Bat for Lashes. Да и для нелегких задач музыкального синтеза она подходит как нельзя лучше. Дочь пакистанца и англичанки любит сказки и изучает Юнга, не чужда современному искусству и моде, легка на подъем -- ей ничего не стоит сорваться за вдохновением из Лондона в Нью-Йорк, а оттуда в калифорнийскую пустыню.

Относительный неуспех первого альбома Bat for Lashes в чартах (48-е место в родной Британии и 130-е – во Франции) был с лихвой компенсирован теплым приемом интеллектуальной публики. В поклонники Наташи записались лидер Radiohead Том Йорк и исландка Бьорк. А сама диковинная пластинка 2006 года с куртуазным названием «Fur and Gold» («Меха и золото») была номинирована на премию Mercury Prize, за которую ежегодно борются лучшие артисты Соединенного Королевства.

Но капризные британские критики, несмотря на все прогнозы и восторги по поводу пластинки, не выбрали Наташу Хан. Победителями стали совсем другого поля ягоды – бойкие ню-рейверы Klaxons. А девушка после европейских гастролей в компании звездных друзей отправилась в Америку.

Блондинка за углом

Именно жизнь за океаном вдохновила певицу на сочинение второго альбома, хотя часть его была создана уже на родине. Узловыми точками путешествия стали Бруклин, где Наташа жила с музыкантом Уиллом Лемоном, и калифорнийская пустыня Джошуа Три, прославленная еще в 80-е одноименным альбомом U2. Контраст между цивилизацией и дикой природой – не единственный в альбоме. Через всю пластинку, названную «Two Suns» («Два солнца»), проходит идея двойственности образов и впечатлений. И это не пустая ремарка: запись альбома инспирировала появление на свете альтер эго Наташи, ночной жительницы Нью-Йорка по имени Перл.

Британка признается, что образ femme fatale была нужна ей для того, чтобы полнее почувствовать жизнь самого кипучего города на свете и впитать в себя все его звуки. Поэтому в той части пластинки, которая посвящена похождениям блондинки Перл, отчетливо слышны и диско двадцатилетней давности, и мультикультурные вибрации групп вроде TV on the Radio или Gang Gang Dance. Все синглы нового альбома -- «Daniel», «Pearl’s Dream» и выходящий 3 сентября «Sleep Alone» отлично дают это почувствовать.

В борьбе за Mercury Prize конкурировать с новым альбомом Bat for Lashes будут сплошь амбициозные новички, для которых номинация стала первой: рокеры Kasabian, The Horrors и Glasvegas, электропоп-дуэт La Roux, певица Florence and the Machine и другие. Вернут ли вредные критики Наташе давний должок, узнаем 8 сентября.

Ты -- сказка в моей жизни

К музыке самой Наташи так и просится эпитет «закатная» -- без всяких намеков на ее перспективы. Сумеречная синь обложек ее пластинок это подтверждает. Мягкий, слегка отрешенный голос певицы, лишь иногда обретая силу, согревает подобно последним лучам заходящего солнца. А где тот горизонт, за который оно заходит, определяют уже звуковые декорации. Это может быть и африканская саванна, как в «Two Planets», украшенном этнической перкуссией, и неспокойное море в страстной «Siren Song».

На контрасте с бытописательными песенками модных певиц вроде Лили Аллен работы Наташи кажутся магическими откровениями. В личном мире певицы, разросшемся ко второму альбому до вселенских масштабов, танцуют планеты и поют сирены, сияют под светом двух солнц тысячи кристальных башен и сотни изумрудных городов. Но вольные мечты Наташи лишены психоделического безумия 60-х, а уютны, тихи и в конечном счете построены на любви. Ведь, если верить открывающей пластинку «Glass», в этом мире не хватает только рыцаря в сверкающих доспехах.