Отзывы на «Железного человека-2» приобрели особую ценность. Весь мир его уже вовсю смотрит, а Америка дожидается конца какого-то очередного чемпионата и завистливо облизывается. Компания Paramount, отложив начало проката в США на неделю, скорее всего, поступила вдвойне мудро, поскольку и без того один из самых ожидаемых фильмов года еще и стремительно обрастает восторгами.

Бывший оружейный магнат Тони Старк (Роберт Дауни-мл.) достиг всего. Равных ему нет, и мир во всем мире он может играючи обеспечить практически в одиночку. Развлекают же Старка лишь комические домогательства властей, которые требуют, чтобы созданные им доспехи поступили в распоряжение армии США.

Тем временем в холодной и мрачной России другой талантливый Самоделкин в домашних условиях кует оружие мщения. Физик Иван Ванко (Микки Рурк), отмотавши срок, мастерит свой железный костюмчик, снабженный парой плетей, которыми он намеревается наказать Старка за отцовские грехи. Отцы Тони и Вани когда-то трудились вместе над одними и теми же технологиями. Только Старки стали миллиардерами, а Ванко -- нищими русскими зэками. Что, разумеется, несправедливо.

Двигать жанр дальше, казалось бы, будет все труднее. Персонажи исчерпаны, пределы сюжетной изощренности достигнуты, и людям интереснее отождествлять себя с синими аватарами. Защита человечества -- шоу, блеск которого потускнел. И главная тема кинокомиксов фактически себя изжила. Изобретение нового суперзлодея, как и суперзащитника, -- дежурная рутина. А необходимость спасения цивилизации, или, если чуть скромнее, благополучия граждан, регулярно ставится под сомнение даже в коммерческом мейнстриме. Асоциальность же персонажа, наделенного почти неограниченными возможностями, стала после «Темного рыцаря» практически общим местом.

«Железный человек» и «Темный рыцарь» описывают ситуации очень похожие, только с противоположными интонациями и выводами. Превосходство их героев над миром построено по формуле «деньги-технологии-сила». Они достигли этого превосходства без всякой мистики, благодаря вполне прагматической работе над собой и экипировкой. И оба они обречены на одиночество. Но если Брюс Уэйн -- гордец, меланхолик и без пяти минут джедай, то Тони Старк -- человек жизнерадостный, иногда даже сверх всякой общепринятой меры.

Но и при его, казалось бы, неограниченной витальности вопрос, куда двигаться дальше, неизбежно возникает. Если оставить Старку его костюм и не сдавать их обоих в аренду Пентагону, то придется либо пить, используя суперсилу, чтобы взрывать бутылки на вечеринке, либо нужен враг посерьезнее террористов или очередной подпольной организации, которых оставьте Джеймсу Бонду.

Брюсу Уэйну в этом смысле повезло больше всех. Модернизированный Джокер стал воплощением настолько чистой и абсолютной деструктивной силы, что противостояние двух сверхчеловеков становится основой мироздания, которое может и должно длиться вечно. Тони Старк, как ни странно, не сверхчеловек. И даже реактор в груди -- это лишь метафора. Летай быстро -- умрешь молодым. Технологичное сердце жадно пожирает батарейки и убивает своего хозяина. Так же принципиально человечен и Иван Ванко, которому вовсе не интересно захватывать власть над миром целиком или отдельно взятой Америкой. Ему просто обидно за папу. Дело в принципе. И тут, конечно, забавен выбор именно русского типажа, который Рурку дается настолько хорошо, что вся заложенная в нем геополитическая пародийность несколько теряется на фоне просто иррациональной силы характера.

В итоге пред нами сошлись в бескомпромиссной схватке, в сущности, два раздолбая с ясными мозгами и разбитыми сердцами (убийственное сочетание), которым наплевать на гражданский долг, общественную нагрузку, правила поведения и мир во всем мире. Они просто по-мужски выясняют отношения, имея при этом за душой вполне веские аргументы. И делают это с вестерновской прямотой и азартом. А то, что у одного в руке энергетический хлыст вместо обыкновенного, а у другого какой-то излучатель вместо кольта, вопрос чисто технический.