Через год после мировой премьеры на Венецианском фестивале до Москвы добрался очередной анимационный шедевр Хаяо Миядзаки «Рыбка Поньо на утесе».

Вообще-то любимая среда японского гения анимации Хаяо Миядзаки – воздух («Навсикая из Долины ветров», «Порко Россо», «Ведьмина служба доставки», «Небесный замок Лапута»; да и в предшествовавших «Поньо» «Унесенных призраками» и «Ходячем замке» воздушные перемещения и сражения играли немалую роль). Под воду режиссер заглянул впервые и нашел там столько удивительного и занимательного, что после первых минут «Поньо» ловишь себя на том, что смотришь на экран раскрывши рот. Но и тут он остался верен себе: медузы летят, словно облака, скаты парят, как птицы, маленькие рыбки -- сестры Поньо суетятся, как мотыльки.

Но Поньо, дочь странного подводного мага, готовящего месть океана людям, и морской богини, похожей на персонажа русских сказок, не собирается порхать в подводном раю. Ей хочется наверх, где на волнах качаются кораблики рыбаков, а на берегу на скале живут мальчик и его мама.

Помимо тысячи достоинств Миядзаки отличается еще одним удивительным свойством: в его фильмах не встретишь очевидных и безусловных злодеев. Даже если поначалу Ведьма из Пустоши в «Ходячем замке» производит не самое приятное впечатление, то потом она превратится в милую старушку. Если суровая хозяйка бань Аурояма в «Унесенных призраками» и поступает не всегда благородно, то и у нее обнаружатся милые черты и привязанности. Также и в «Поньо». Единственный кандидат в злодеи – отец Поньо, похожий на Дуремара, окажется лишь чудаковатым волшебником, который просто очень недоволен человеческим свинством.

Вообще Миядзаки последовательно дезориентирует человека со стандартным черно-белым мышлением. Даже цунами, разрушающее остров, не представляется таким уж несчастьем. Жизнерадостные японцы на лодках, разукрашенных флагами, снуют между затопленными домами, и уныния в них нет ни на йоту. Конфликт между людьми, загадившими море, и рыбами, которые должны по замыслу мага-Дуремара отвоевать свое, благополучно разрешается благодаря влюбившимся друг в друга рыбке и мальчику. Причем это совсем не дружба, а именно любовь. И заметьте, не только для Миядзаки, но и вообще для японской анимации подобные чувства между малолетней рыбкой и человеческим детенышем в порядке вещей.

Но Миядзаки, надо заметить, чуть ли не самый западнический режиссер в японской анимации. Он обожает селить своих героев в условный мир европейского города рубежа ХIХ-ХХ веков. И лишь изредка открывается как настоящий поэт японской провинции. Лучше всего ему это удалось в «Моем соседе Тоторо». Но и в «Поньо» он с явным удовольствием любуется на уютный быт японского приморского городка с его петляющими дорогами, маленькими машинками и домиками, разбросанными по скалам, шныряющими в бухте лодками, доком и портом.

Разбирая мультфильмы Миядзаки на части, проговаривая их послание простыми словами, сталкиваешься с тем, что на языке вертятся банальности про любовь, единство с природой, проникающие друг в друга сказку и реальность. Но Миядзаки как раз этих банальностей не боится, потому что на самом деле ими не исчерпывается. Посмотрите, как маленькая Поньо бежит по спинам гигантских рыбин, и поймете, что этот режиссер как никто другой знает и умеет показать, что такое стихия в сердце и в голове.