На экраны выходит «Бросок кобры» -- ожившая история популярных в США 60-х игрушечных солдатиков серии G. I. Joe. Картина перегружена спецэффектами и воспевает нанотехнологии, однако ее коммерческий успех не очевиден.

В недалеком будущем отряд американских спецназовцев получает задание доставить из одного пункта в другой контейнер с суперсекретным оружием. Повышенная храбрость и исполнительность героев соразмерны их простодушию, ведь изначально ясно, что что-то нечисто. Ракеты, мощности которых хватит для обустройства средней руки конца света, предлагается транспортировать хоть и не плацкартой на третьей полке, но на выглядящих довольно легкомысленно вертолетах.

Вскоре разыгрывается продолжительная боевая сцена, в которой, как оно, наверное, бывает на настоящей войне, ни участникам, ни зрителю ничего не понятно. Когда вертолеты обращаются в труху, а из спецназовцев остаются только двое -- белый Дьюк (Ченнинг Татум) и афроамериканец Рипкорд (Марлон Уэйанс), с неба спускается интересная брюнетка (Сиенна Миллер, похожая на Заворотнюк в «Коде апокалипсиса»). Обтягивающий комбинезон из латекса подчеркивает ее хорошую спортивную форму, а очки свидетельствуют о наличии интеллекта. Воспользовавшись понятной растерянностью Дьюка, признавшего в брюнетке свою бывшую подружку-блондинку, дама выхватывает чемоданчик и бежит с ним в лес. Тут, однако, сверху сыплются новые причудливые люди с оружием, и чемоданчик удается отбить. Вновь прибывшие оказываются солдатами секретного элитного подразделения. 

«Планерная»--«Выхино»

Далее первоначальная путаность сюжета сменяется, напротив, магистральной предопределенностью. И история за вычетом пары нюансов делается абсолютно предсказуемой. Это как в метро: сев в поезд на «Планерной» и поехав вниз по Таганско-Краснопресненской ветке, уж как-нибудь, да доберешься до «Выхино». Кроме того, в отличие от метрополитена не учтенных заранее сбоев в сюжетах голливудских блокбастеров не бывает по определению. Вскоре из сумрака выступят оружейный магнат МакКаллен  и его подручный изобретатель Доктор, гений и урод, вынужденный носить маску. Оба мечтают о мировом господстве.

Пришедшему, так сказать, с мороза российскому зрителю следует объяснить, что корнями картина уходит в серию игрушечных солдатиков G. I. Joe, выпущенную в 60-х в США. Дети полюбили этих солдатиков буквально до слез. Так, один из артистов признается, что в своем нищем отрочестве не мог себе позволить настоящих G. I. Joe, а потому креативно раскрашивал зеленой краской тараканов (которых в доме, напротив, хватало). Не уточняется, впрочем, живых или мертвых, и если живых, то как это делалось технически. На волне успеха были выпущены комиксы и мультсериалы. В «нулевых» этот культурный американский миф, как и «Звездный путь» или «Затерянный мир», начал неуклонно провисать. И его аккуратная модернизация путем создания полнометражной картины была доверена Стивену Соммерсу, ранее поставившему «Мумию» и «Ван Хельсинга».

О душе не задумались

Совмещать старомодность и новейшие тенденции у Соммерса получается не так хорошо, как у его коллеги Джей-Джей Абрамса, недавно удачно вдохнувшего жизнь в «Звездный путь», но он старается. Герои без видимой неловкости трещат монологами, почерпнутыми из боевиков 60-х: «Сейчас ты узнаешь, каково быть монстром». Из той же эпохи пришла спартанская привычка злодеев обустраивать себе секретную резиденцию на Северном полюсе. К ней положительные герои подкрадываются, надев для маскировки белые куртки типа «аляска» (афроамериканского солдата маскировка, впрочем, выдает буквально с головой). Современные реалии представлены нанотехнологиями, в безграничные возможности которых сценаристы верят так же истово, как российское правительство прошлым летом накануне экономического коллапса. Наночастицы используются с разными, но одинаково омерзительными целями. Будучи смешанными с ядом кобры, они помогают вывести новую породу «отмороженных» солдат, а в качестве взрывчатки на манер кислоты растворяют любой объект, например Эйфелеву башню.

Башню крошат не до основания (вернее, не до верха), но красиво. Данная сцена плюс эпизод с погоней в ускоряющих доспехах -- единственное, что смотрится вполне увлекательно на этом параде спецэффектов. К которым, как показывают участившиеся кассовые провалы громких проектов, сегодняшний перекормленный зритель относится сдержаннее, чем производители. И поди пойми, почему за компьютерными фокусами вторых «Трансформеров» прощупывается некая, прости господи, душа, а в случае с последним «Терминатором» и «Броском кобры» -- одна сплошная бухгалтерия. Насколько повинен в этом постановщик Соммерс, трудно судить. По слухам, ознакомившись с рабочими материалами и ужаснувшись, продюсеры в срочном порядке отстранили режиссера от монтажа. О том, что подразумевалось в оригинале, видимо, остается догадываться по уцелевшим приятным моментам. Из которых выясняется, в частности, что противостоять нанотехнологиям может не только финансовый кризис, но и любовь между мужчиной и женщиной.