Андрей Геласимов, ставший в этом году лауреатом «Национального бестселлера», как и обещал девиз этой премии, проснулся знаменитым. Правда, литературные конкурсы тут ни при чем: писателю всего-навсего требовалось заключить союз с телевидением.

Идеальный, зарывшийся в книги и навсегда выключивший телевизор критик просто не поймет роман «Дом на Озерной». Он будет перепроверять выходные данные в поисках ошибки, ведь не мог автор «Года обмана» и «романа с клеймами» «Рахиль» так самозабвенно увлечься стилистическими и сюжетными штампами. Здесь явно не все «Дома». Атака штампов начинается сразу: «в то злополучное утро», «небрежно уронила окурок», «нормальные бытовые условия жизни», «состояние легкого бешенства», «давно и безнадежно влюблена», «трогательная забота», «стремительно вышел из кабинета». Подбор персонажей дает «зеленый свет» стереотипам: раз благородные интеллигенты, то только в провинции; раз квартирный вопрос, то решить его поможет только всесильная «духовность». Главные интеллигентные герои, «семья Тетериных», врач и его супруга, изъясняются скучными, стертыми фразами. Разве что автор позволяет им иногда темпераментно поругаться друг с другом.

Роман выстроен по макету «Теремка»: шурин героя получает тендер на закупку китайских компьютеров и предлагает своим родственникам заложить ради такого «выгодного» дельца квартиры, временно переселившись в родительский «дом на Озерной». Хозяйка дома, мать четверых детей, застилает все новые кровати, у подозрительного фонда появляются все новые клиенты, чьи ожидания, в свою очередь, все растут и растут. Однако герои остаются одномерными, объемности им не придают ни «скелеты в шкафу», ни «ошибки юности». Племянник Юра знается с националистами и не желает признавать таджикскую родню. Одна из дочерей когда-то отбила жениха у другой. Другая дочь чуть не становится игроманкой.

Автор беспроигрышно отбирает самые слезливые сцены, которые, правда, тут же неизбежно, словно перевернувшись на другой бочок, превращаются в пошлость: «Курсанты грянули «День Победы», а бесконечно счастливая Гулбахор зашлепала следом за ними по плацу, размахивая локотками и стараясь тянуть носочек в своих сандаликах». Возможно, причина в том, что сентиментальность Геласимова, не предлагая ничего решительно нового, паразитирует на советской эстетике, его персонажи похожи на героев советских фильмов, на все эти «фантазии Фарятьева», но только в новейшем антураже, с джипами, ипотеками, заграничными поездками и безнаказанными фашистскими выходками.

Видимо, только аналогия с советским кинематографом и подскажет «идеальному критику», что нужно просто включить телевизор, где как раз начали демонстрировать одноименный телесериал. Так что ждать от «Дома на Озерной» чего-то большего, чем от чуть подправленного «мыльного» сценария, было наивно. Андрей Геласимов даже толком не выстроил своим героям романный «дом», сразу переселив их в телеящик. Впрочем, и издатели могли бы вместо шапки «Лауреаты литературных премий» честно пририсовать этой книге телевизионные рожки-антенки. Литературе здесь явно изменили.