Жюри молодежной литературной премии «Неформат» сократило количество номинантов на награду до девяти человек. В номинации «Крупная проза» выбраны «Ключ к полям» Ульяны Гамаюн из Днепропетровска, «Лабиринт» Дмитрия Макарова из Воронежа и «Дыра» Артема Яваса, сообщается в пресс-релизе «Неформата».
На лучшее произведение малой прозы претендуют рассказы Максима Бурдина, Никиты Горошко («Жандарм») и Евы Рапопорт («Правдивые истории о том, чего не было»).
Среди поэтов жюри отметило уроженца Севастополя Поребрика, москвичек Веру Полозкову и Елену Хрянину («Три куска мяса на всех»).
Денежный приз в каждой из номинаций составляет 70 тыс. рублей, а главный приз — 115 тыс. Трех победителей объявят в феврале.
Премия для неформата
Как заявлено на сайте «Неформата», конкурс ставит своей целью «выявление и поддержку молодых авторов, которые не придерживаются мейнстрима, мыслят альтернативно и готовы не только раздвигать привычные на сегодня рамки жанра, но и предлагать новые формы для выражения своей творческой мысли». Возраст авторов не должен превышать 27 лет.
Председателем жюри премии стал президент «Клуба метафизического реализма ЦДЛ» и лауреат премии Андрея Белого Юрий Мамлеев. Ему помогают телеведущая Ксения Собчак, критик Лев Данилкин и поэт Андрей Орлов.
«Неформат» начал свое существование с ноября прошлого года, когда был сформирован лонг-лист, куда вошли 30 номинантов. Новую литературную премию учредил писатель, драматург и член Общественной палаты Дмитрий Липскеров. Ее курирует фонд политика «Твое время», в чей попечительский совет входят сотрудники Академии художеств, Суриковского института, издательств.
На своем официальном сайте Липскеров отметил, что авторов новейшего времени «тянет писать про футбол, наркотики и ангелов».
Эксперт-рецензент сезона 2008—2009 Людмила Польшикова дала такое определение названию премии: «Неформат» удивляет, дразнит и побуждает сочувствовать, заставляет негодовать, страшиться, спорить. Была ли при этом использована нормативная лексика или абсценная, стихи или проза — не важно. «Неформат» должен задавать читателю провоцирующий тон субъектных отношений с автором», — считает Польшикова.
